Физкультурный парад на площади. Наверху фигуры с флагом - Раиса Прокопьева. 1962 год.

Мать и дочь

Война заставила их страдать. Война заставила их снова жить под одной крышей.

Раиса

На свой возраст, 67 лет, Раиса не выглядит. Энергичная, симпатичная женщина с горящими глазами. Очевидно, что стареть она не намерена. Ей еще многое в жизни успеть надо: дочку поддержать, маленькую внучку помочь вырастить, а взрослым внукам свадьбы сыграть. Сейчас, когда дочь с детками приехали из Донецка, деньги нужны как никогда…

На улице Островского прошло детство Раисы Прокопьевой. Самые яркие воспоминания связаны со временем, проведенным в стенах родной школы им. Д.А.Фурманова:

– Спортивной гимнастикой очень любила заниматься, – вспоминает Раиса. – Преподавал нам тренер Александр Иванович Виноградов хорошо, да и я, по-видимому, способная была. На майской демонстрации в 1962 году на площади Революции, когда спортсмены выполняли постановочные фигуры, мне досталась почетное задание – стоять наверху фигуры с флагом.

Уехала из родного города в 1965 году: вышла замуж за парня из Донецка, который служил в Кинешме по призыву. Красивый миллионный Донецк и его отзывчивые жители покорили Раису так, что она не вернулась на родину даже после развода.

В Кинешму приехала в 90-е годы, когда тяжело стало жить в шахтерской столице:

– Вернулась к двоюродной сестре, да опоздала – та скончалась. Пару лет судилась по наследству. Зря нервы помотала – квартиру забрал муниципалитет. В те времена двоюродные родственники наследниками не признавались.

Первое время Раиса Петровна жила на съемной квартире, а как старший внук из Донецка приехал, взяла ипотеку и купила дешевое жилье в двухэтажном деревянном доме на “Чкаловском”.

– Не повезло тогда. Пока зарабатывала деньги в Москве на погашение кредита и на ремонт, домой вернулась к одним головешкам. Расстроилась, конечно. Но что ж делать, жизнь продолжается.

Пять лет назад женщина купила квартиру в таком же деревянном доме в “Сокольниках”. В силу возраста и отсутствия справки с места работы кредит удалось получить под огромные проценты, которые с каждым годом все сложнее погашать.

– С работой тяжело. Всю жизнь в торговле работала. В Москве даже собственное дело открыла – несколько лет функционировал мой отдел на ярмарках выходного дня. Три года назад закрыли такую торговлю. Сейчас работаю в Москве продавцом, каждую неделю на три-четыре дня уезжаю. Хотела в Кинешме устроиться – что сетевики, что частные предприниматели меня не берут. Как возраст узнают, сразу отказывают. А деньги сейчас нужны как никогда…

Екатерина

Грустная моложавая женщина сидит рядом с Раисой. Закутавшись в пушистый воротник дубленки, она как бы старается огородиться от внешнего мира, внезапных трудностей, обид и горечи утрат. Когда разговор заходит о ней, обе женщины начинают тихо плакать.

– Супруг полгода назад умер. Если бы не война, все было бы по-другому, – произносит Екатерина Евгеньевна Батанова. – В Донецке дом у нас остался. Соседи говорят, что лишь небольшая трещина появилась. А на кой он нам теперь… Возвращаться однозначно не будем, а продавать за бесценок – так больше денег проездишь.
Счастливо и в достатке жила семья на Украине. После отъезда сына в Кинешму супруги растили двух дочерей. Две беды пришли одновременно: война и страшная болезнь мужа.

– Бомбить Донецк начали в мае. Тогда же и супруга прооперировали. В больнице не оставили – боялись бомбежек. В течение двух недель через весь город на такси ездили на перевязки. Продолжить лечение удалось только здесь, в Кинешме. Пока документы оформляли, время ушло. Доктор сказал, что недолго осталось ему жить. Так и вышло: месяц до 50-летнего юбилея не дожил. Сын одолжил денег, и похоронила я супруга на “Корбе”. Мужественно и молча умирал, все боли вынес, но видно было, что мучения тяжелые были: обезболивающие мы давали, какие в аптеках без рецепта продают. Более сильные, и тем более наркотические средства, для него не выписали, видимо, не положено, раз не российский гражданин, – подавленно произносит вдова.

– Выезжали из Донецка автобусом, – вспоминает дальше Екатерина. – Минимум вещей, документы. Придирчиво и много проверяли нас на украинских блокпостах. Ехали трое суток. В Москве встретила нас мама. Уехали мы от войны. Даже не верится. Шестилетняя дочка до сих пор пугается, когда запускают фейерверки – бежит к нам с криками, что бомбят.

Жизнь продолжается

Три месяца Батановы жили у Раисы Петровны, мамы Екатерины, в двухкомнатной квартире. Одну комнату отвели больному супругу. Спали на чем придется. О съемном жилье и не мечтали – денег не было, а на работу Екатерину не брали: без гражданства официально трудоустроиться не получалось. Помыкалась женщина, а потом добрые люди подсказали, чтобы за любую работу бралась. Теперь Екатерина подрабатывает где придется, и дочку пристроила.

– На хлеб хватает. Только вот расходы помимо питания большие. В летней одежде приехали. Одежду зимнюю нам добрые люди, соседи дали. Люди в Кинешме сердечные. На рынок пришли сапоги покупать, как продавец узнал, что мы из Донецка, скидку нам большую сделал, чуть ли не в половину: за четыреста рублей сапоги продал. Сейчас вот думаем, что весной надевать будем, – размышляет женщина.

– Не знаю, почему все думают, что беженцы хорошие пособия получают, – включается в беседу Раиса Прокопьева. – Недавно в парикмахерской свидетелями разговора стали, когда обсуждали, что по восемьсот рублей в день беженцы получают, а еще жалуются.

Я им и говорю: “Женщины, милые, посмотрите на мою дочь, вот она перед вами – разве скажешь по ней, что она много денег имеет?”. Хорошо я помогаю, а у кого родственников нет, как жить?

После небольшой тяжелой паузы Екатерина и Раиса поделились, что сами смогли жилье выхлопотать.

– Обратились в администрацию, там руками развели: нет жилья, очередникам не хватает. Мы по нашему району походили, поспрашивали, так и узнали про пустующую квартиру в деревянном доме. Хозяйка умерла несколько лет назад, но дом, по-видимому, аварийный, в освобожденные квартиры никого не заселяют. Нам на уступки пошли, разрешили проживание, правда в регистрации отказали. Пусть без удобств, с печкой, но зато свой угол появился. Там даже мебель после бабушки осталась, нам очень пригодилась, – оживляется Екатерина.

Сейчас Екатерина Евгеньевна вплотную занялась оформлением гражданства. В планах, прежде всего, устроиться официально на работу.

– 49 лет мне, а как заново жизнь начинаю, – волнуется Екатерина. – Сейчас, главное, деньги заработать. Будут деньги – будет легче. Первоклассница подрастает, собирать в школу надо. Мебель самую необходимую купить.

В оформлении гражданства семье Батановых посодействовали в Общественной приемной “Единой России”, где не только подробно объяснили, как должна действовать женщина, но и помогли заполнить бланки, заявления, и главное, дали семье деньги для оплаты госпошлины и проезда в областной центр – подать на гражданство можно только в областном центре, да и съездить пришлось три раза.

– Очень мы благодарны Елене Николаевне Лапшиной и Ирине Геннадьевне Матаковой. Только они из руководства помогли в наших проблемах, – говорят женщины и просят поблагодарить своих спасителей на страницах газеты. Выполняем просьбу и передаем слова благодарности Е.Н.Лапшиной – руководителю общественной приемной председателя партии “Единая Россия” Д.А.Медведева в Ивановской области и И.Г.Матаковой – секретарю политсовета Кинешемского городского отделения “Единой России”.

– Что нам еще надо, – задумывается Екатерина. – Холодильника у нас нет. А в Донецке новый стоит, год еще не прошел, как купили, – вздыхает женщина. – Все у нас было, и все потеряли. А здесь денег ни на что не хватает. Вот на работу хорошую устроюсь…
Желающие помочь семье Батановых могут обратиться в редакцию. Напоминаем, что нужен работающий холодильник, и, конечно, любые деньги для семьи будут подспорьем, так как получить гражданство, а значит и устроиться на работу женщина со старшей дочерью смогут лишь летом.

Кстати

У беженцев большие проблемы с официальным трудоустройством. Для получения разрешения им как иностранным гражданам каждому необходимо заплатить взнос 10 тысяч рублей. Кроме того, с 1 января все мигранты, прибывающие в Россию, должны сдавать комплексный экзамен на знание русского языка, истории и основ российского законодательства. Экзамены платные – 4900 рублей. Для получения вида на жительство нужно еще 5300. Вот и приходится работать беженцам где придется, без официального трудоустройства, за маленькую зарплату и без социальных льгот.

Оставьте комметарий

Или войти с помощью:  

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *