Эта служба и опасна, и трудна

К 100-летию уголовного розыска, которое будет отмечаться в 2018 году, мы начинаем серию очерков о сотрудниках УгРо.

Б.К.Гладышев - начальник кинешемского уголовного розыска в 1978-1984 гг.

Б.К.Гладышев – начальник кинешемского уголовного розыска в 1978-1984 гг.

Первый наш герой – майор милиции Борис Константинович Гладышев – начальник уголовного розыска кинешемской милиции в 1978-1984 гг.

Криминальное «Залесье»

Спокойная, размеренная жизнь сейчас у Бориса Константиновича. Проводит он заслуженный отдых с супругой Ниной Григорьевной, с которой живет уже 52 года, в маленькой живописной деревеньке за селом Решма.

Не дозвонившись, председатель совета ветеранов органов внутренних дел Ю.Ю.Скоморохов, его заместитель В.М.Татаренко и я, сотрудник газеты, поехали к нему “на авось”.

К счастью, Борис Константинович был дома. Чуть удивившись визиту неожиданных гостей, он без уговоров погружается в воспоминания.

– В Горьковскую специальную школу милиции я поступил в 1965 году. После окончания, спустя два года вернулся в Кинешму, сразу был назначен оперуполномоченным, – рассказывает мой собеседник. – Тогда народа в милиции работало мало, а участки были большие. На Кинешму и Наволоки было 14 “оперов”. Моя территория находилась от Никольского моста до Лугового, включая Пушкинский. Преступность тогда процветала, а самый тяжелый был мой участок. У кинотеатра “Маяк”, сейчас это технологический техникум-интернат, собирались парни с “Сокольников” и “Залесья”. Постоянно были драки, сходились район на район, например, с “томненскими” дрались ребята с района “Девятый магазин”.

В первый год работы молодому сотруднику милиции пришлось особенно трудно. Раскрываемость преступлений была очень низкой. Без опыта приходилось сложно. Со временем работа наладилась, особенно когда появился свой человек, вхожий в преступные круги. После этого почти каждый год у Бориса Гладышева была 100% раскрываемость.

– Все убийства мы с коллегами Александром Спиркиным и Вадимом Щегловым раскрывали, – сообщает ветеран. – Совершалось тогда по городу 23-25 убийств в год, а половина – на нашей земле, в Заречье.

Маньяк с Чёрной речки

Серия преступлений, совершенных молодым маньяком, которые вспомнил сыщик, поражает своей жестокостью.

В пять утра вызывают Бориса Гладышева в дежурную часть. Докладывают, что обнаружили труп на новинкинской дороге в лесу. Учительница навещала сына в интернате “Новинки”. На обратной дороге парень предложил ее подвезти на велосипеде. Женщину он убил, нанеся несколько десятков ударов шилом.

Борис, еще находясь в “дежурке”, вычислил жестокого убийцу:

– Говорю, что это Коля по кличке Шило, – делится сыщик. – Выезжаем в “Новинки”, чтобы труп осмотреть и допросить свидетелей. Установили, что велосипедист был в темных очках с зеленой фурнитурой и в черных перчатках. Поехали проверять мою версию домой к Коле-Шило, который жил на улице Брест-Литовская, около магазина у Черной речки.

Только поворачиваем на его улицу, идет наш подозреваемый с приятелем. Сажают Николая рядом со мной, на заднее сиденье автомобиля. У того ноги аж колотит. Говорю: “Коль, ты чего?” И из его кармана достаю очки с зеленой фурнитурой. Дома у него мы нашли и шило, и перчатки в крови.

Всего 24 года было преступнику, когда ему назначили смертную казнь. За недолгую жизнь он искалечил судьбы нескольких кинешемцев. На его счету было несколько изнасилований, в том числе детей, убийства женщин. Пугающую насилиями Черную речку, где орудовал маньяк, люди старались обходить стороной.

– Коля-Шило вину не признавал. Говорил, что он в силу мужского бессилия не мог ничего. Хотя жил он с матерью, подруга у него все же была: страшная, кривоногая, с бельмом на глазу. Любовница и выдала, что все у него с потенцией в порядке. До этого задержания сидел он лишь один раз за кражу. За убийство учительницы и несколько изнасилований, которые удалось доказать, Коле-Шилу “вышку” дали. Тогда у нас много темных дел осталось, хотя все знали, что это сделал он, – до сих пор переживает Борис Гладышев.

Убийства раскрывали «на ногах»

В советское время понятие “пропавший без вести” не было так распространено, как сейчас. Было понятно, что если человек не находится, значит его убили, и задачей сотрудников уголовного розыска было найти труп и раскрыть преступление.

– Когда пропал житель микрорайона “ДХЗ”, я уже начальником уголовного розыска был, – вспоминает ветеран. – Подозревали в убийстве брата, но доказательств никаких не было. Труп найти нигде не могли. Спустя два года у железной дороги в канаве на Авиационной улице находим труп, но не тот, который искали. Следы от находки приводят к тому самому мужчине, подозреваемому в убийстве брата. Стали искать пропавший труп с новой силой. Начал размышлять, что раз преступление произошло зимой, то похоронить он его толком не смог, а перезахоронить не успел, так как все эти два года, в промежуток между убийствами, преступник сидел за кражу.

Тогда Борис Константинович дает задание своим сотрудникам вскрыть полы в доме и перекопать землю в погребе подозреваемого. Труп там и находят. Оказалось, что преступник сначала своего родного брата, а потом случайного знакомого убил “по пьяни”. За двойное убийство ему была назначена высшая мера наказания – смертная казнь.

В те времена сознательные советские граждане считали своим долгом сообщать о подозрительных лицах, о готовящихся преступлениях. Поэтому проще, чем сейчас, было работать со свидетелями злодеяний.

– Недалеко от улиц Спортивная и Брест-Литовская обнаружили тело мужчины с пробитой обухом топора головой, – продолжает рассказчик. – Я тогда только кражу мопеда раскрыл: девчушка с одной из этих улиц подсказала. Снова обратился к этой девушке, спрашиваю, может знает, кто мог мужчину убить. Она и говорит, что это Патя. Пошли мы к этому Пате-Пашке с обыском. На всю жизнь запомнил общение с его семейкой. Все настолько были вшивые, что зрелище не для слабонервных. Искали орудие убийства, перевернули все в доме – ничего не нашли. На допросе подозреваемый вину отрицал, никаких доказательств у нас не было. Помог же нам его “расколоть” сотрудник областного управления. Признался Патя, что березовым поленом ударил мужчину, и даже окровавленное полено нам выдал.

Дерзкие банды громили магазины

В начале 80-х процветали кражи. Причем действовали не воришки-одиночки, а организованные банды. Объектами злоумышленников были сельские магазины. Тогда как городские прилавки были пустыми, торговые точки Кинешемского района снабжались богато. Разживлялись воры коврами, командирскими часами, натуральными пальто из ламы, другим дорогим и дефицитным товаром. Охраны тогда в магазинах не было. Действовали преступники дерзко, ломали замки на дверях и забирали товар в среднем на 16 тысяч рублей.

– Вспоминаю, что брали магазины в Батманах, Зименках, Заволжском районе, а потом товар за копейки сбывали, – говорит собеседник. – Чтобы поймать грабителей, мы месяц у сельских магазинов сидели в засаде, да все просчитывались: преступники уезжали в другую сторону. Наконец, получили информацию о лицах, причастных к кражам, но обыск провалился: похищенных вещей мы не нашли. Из надежного источника пришла подсказка, где искать надо. Оказывается, под кроватью в квартире на первом этаже одного из преступников была оборудована яма, которую прикрывал замаскированный люк. Товар мы там и обнаружили. Слишком умный главарь банды оказался, отвертелся от наказания, выдав себя за психически больного. Сейчас смотрю: жив, здоров, живет хорошо. Второй участник группировки тоже ушел от наказания. Пошел по делу как свидетель, хотя на его машине ездили на совершение грабежей. Плохо кончил только третий участник – парень, только что вернувшийся из армии. Участвовал он всего лишь в одном эпизоде, а восемь лет ему дали. Полсрока отсидел пацан и умер.

* * *

Не все гладко в работе было у Бориса Константиновича. Вроде и трудился “на износ”, и множество преступлений раскрыл и предотвратил, но пострадать от незаслуженных обвинений все же пришлось. Из уголовного розыска начальство перевело Бориса Гладышева в дежурную часть, оттуда в медвытрезвитель. Несколько месяцев он был даже безработным.

– В медвытрезвитель попал я вот по какой причине, – поясняет ветеран. – В Сыктывкаре была совершена кража. Обвиняемый скрылся предположительно в наш район. Приходит документ, чтобы мы задержали преступника. Отловили его в Красногорье, на рыбалке. Доставили в милицию. Говорю ему: “Тебя разыскивают”, а он отпирается, что в том городе никогда не был и кражу не совершал. Выписал я ему “сотку”, статья, по которой можно задержать до трех дней. С постановлением суда он этапом пошел в Сыктывкар. Время прошло столько, что уже все забыли об этом случае. Тут приезжает начальник из Иванова и выясняется, что мы не того задержали. Когда-то наш задержанный документы потерял, его паспортом преступник и воспользовался. Так получилось, что мы невиновного человека по этапу отправили. Дали указание сверху, что меня с занимаемой должности снять с понижением. Вызвали нас на комиссию соцзаконности в областное УВД. Сильно тогда меня прорабатывали. Так я и попал в ссылку в медвытрезвитель инспектором по профилактике. Этот случай даже в журнале “Советская милиция” пропечатали.

Судьба все же была благосклонна к хорошему сыщику. В 1978 году из медвытрезвителя он вернулся в уголовный розыск и стал начальником отдела. В 1984 году Борис Константинович ушел в следствие, где проработал семь лет.

* * *

Много сделал для благополучной жизни кинешемцев Борис Гладышев, а теперь на пенсии живет воспоминаниями о былом времени да своими увлечениями, а их у 75-летнего ветерана немало: приусадебное хозяйство, баня, грибы, рыбалка и лыжи. Правда, здоровье в последнее время подкачивает: не получается на лыжах бегать, как раньше, с ветерком, да с глазами проблемы.

– Нормально живем. Хорошо здесь: природа необыкновенная. За продуктами в Кинешму каждую неделю ездим, в Решме только хлеб покупаем: дорогие там магазины. Огород нам сын мотоблоком копает. Внук далеко живет, в Барнауле, ждем его в гости, – говорит Борис Константинович и предлагает нам воочию познакомиться с его владениями и деревенскими окрестностями.

Оставьте комметарий

Или войти с помощью:  

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *